|
Русский учёный Г.Н. Бренёв
Родословная
Григорий
Николаевич Бренёв родился в 1888 году на Кубани в станице
Березовской на реке Бейсуг в семье кубанских казаков. Кроме него в
семье было два брата: Николай и Василий, оставшийся рано сиротой и
усыновленный его дедом. Василий впоследствии стал священником и
служил полковым священником в крепости близ афганской границы, а
позже судовым священником на Черноморском флоте. Во время Первой
мировой войны отправился на фронт в составе туркестанского полка.
После одного из боев, когда целиком погиб офицерский состав, он с
крестом в руках повел солдат в атаку. Немцы отступили. Ему удалось
вызволить из окружения 400 солдат, знамя полка, кассу и две пушки.
Во время прорыва он был контужен и вынесен солдатами на руках. За
свой подвиг он получил от царя золотой крест на Георгиевской ленте.
Впоследствии он служил священником в Севастополе.
Второй брат – Николай – был врачом и писателем. Он сотрудничал с
А.Аверченко в журнале «Новый Сатирикон» под псевдонимом В.Чёрный. Во
время Гражданской войны работал врачом в одной из Петроградских
больниц. Затем он был секретарем журнала «Бегемот» в Ленинграде.
Революционная деятельность
 Ещё в юности Бренёв приобщился к революционной деятельности у себя
на родине и вошёл в ряды социал-демократической партии. Свою
активную политическую деятельность он продолжил уже в Пскове в
среднем сельскохозяйственном училище, которое готовило специалистов
для северо-западных губерний России. К началу первой русской
революции здесь действовала большая социал-демократическая
организация, которую возглавляли преподаватели училища. В 1907 году
организация была разгромлена, и многие её активные члены, в том
числе и Бренёв, были арестованы и сосланы в Вологодскую область.
Политическая деятельность Бренёва в этот период нашла свое отражение
в литературе, посвященной революционным памятникам Пскова,
вышеупомянутый совхоз-техникум вошел в число историко-революционных
памятников Пскова.
Позже Григорий Бренёв поступает в Петербургский университет на
юридический факультет. После окончания работает у своего учителя,
известного профессора Петражицкого. Он организует издательство «Наш
век» и свою типографию. Издательство занималось выпуском
прогрессивной литературы. Им были выпущены труды финского
исследователя Ганнеса Гебгарда, а также вышла на русском языке
«История финской кооперации». Среди издательских проектов Бренёва
был студенческий журнал «Гаудеамус». Своё название журнал получил по
первому слову студенческой песни (gaudeamus – будем радоваться),
возникшей в средние века и ставшей своего рода студенческим гимном,
в том числе и русского студенчества. В журнале печатались либерально
настроенные петербургские студенты.
Этот период биографии Бренёва очень схож с биографией его
сверстника, также ученика Петражицкого, выдающегося
учёного–социолога Питирима Сорокина, который подробно описал свою
жизнь в автобиографической книге «Дальняя дорога». В ней он
рассказывал о своей революционной деятельности вначале у себя на
родине в Вологодской губернии, а затем в годы учебы в Петербургском
университете. Там их учителя, профессора Петербургского
университета, в том числе и Петражицкий, кроме научной, вели и
активную политическую жизнь, являясь членами Государственной Думы от
социалистических партий. В это время студенты активно принимали
участие в революционной деятельности, они ходили на выступления
лидеров разных партий, на заседания Государственной Думы, где можно
было расположиться на хорах, многие сами являлись членами
политических партий, в основном эсеров или кадетов. Их учитель Лев
Иосифович Петражицкий был одним из выдающихся профессоров
юридического факультета, основоположником психологической школы
права. Сорокин считал его одним из великих учёных в области морали и
права XX столетия. Петражицкий был юристом, профессором кафедры
энциклопедий и истории философского права на юридическом факультете
Петербургского университета, где читал свой знаменитый курс «Общая
теория и мораль права». Также он был депутатом первой
Государственной Думы от партии кадетов.
После революционных событий 1917 года все они оказались оторванными
от Родины. Петражицкий стал преподавателем Варшавского университета.
Питирим Сорокин, высланный в 1922 году на известном «философском
пароходе», осел в Америке. Николай Бренёв оказался на территории
бывшего княжества Финляндского, которое стало независимой
республикой, и для проживающих здесь русских закрылась граница.
В начале XX века автономное княжество Финляндское, входившее в
состав Российской империи, революционеры всех мастей и
либерально-настроенная интеллигенция использовали как ближнюю
эмиграцию. Как писал в своем автобиографическом очерке «Финляндия»
Мандельштам, «Финляндией дышал дореволюционный Петербург от
Владимира Соловьёва до Блока, пересыпая в ладонях её песок и
растирая на гранитном лбу лёгкий финский снежок в тяжёлом бреду
своём, слушая бубенцы низкорослых финских лошадей. Я всегда смутно
чувствовал особое значение Финляндии для петербуржца, и что сюда
ездили додумать то, чего нельзя было в Петербурге…» В 1918 году
между Советской Россией и Финской республикой граница закрылась на
замок, и проживавшие здесь русские оказались теперь эмигрантами
поневоле.
В Финляндии
Впервые Григорий Николаевич побывал в Финляндии в 1904 году. В 1909
году он приобрел в поселке Оллила (Солнечное) небольшой участок
земли, где выстроил небольшую двухэтажную дачу. Организовал
садоводство и пчеловодство. Здесь он подружился с великим русским
художником Ильей Ефимовичем Репиным, который с 1900 года жил в
соседнем поселке Куоккала (Репино). Ещё в 1910 году они встречались
на вечерах на даче Чуковского, которая была неподалеку от усадьбы
Репина «Пенаты». Особенно они сдружились после событий 1917 года. Их
дружба продолжалась до самой смерти Ильи Ефимовича в 1930 году. Они
не только ходили друг к другу в гости, Репин интересовался
хозяйственной деятельностью Бренёва, а Григорий Николаевич часто
делал доклады в основном на естественнонаучные или исторические темы
на известных репинских средах. Кроме этого они вели между собой
активную переписку. Сохранившиеся письма Бренёва сын Николай
Григорьевич Бренёв в середине 70-х годов передал в редакцию журнала
«Наша жизнь», издававшегося в Хельсинки Русским
культурно-демократическим союзом в Финляндии. Там же в 1973–1975 гг.
он опубликовал «Мои воспоминания о Репине и Пенатах» из 13 больших
глав. На их страницах он уделил место и автобиографическим рассказам
о своей семье.
Григорий Николаевич был женат на художнице Анастасии Петровне,
урожденной Кузнецовой. Она закончила с золотой медалью школу
«Общества поощрения художеств» в Петербурге, директором которой был
Н.К.Рерих, а её учителем Иван Яковлевич Билибин. Оба они были
учениками Репина. Она мастерски исполняла работы тушью, а её
графические работы получили похвальный лист на международной
выставке в Лейпциге. Талант матери передался и сыну Николаю, который
с детства пристрастился к рисованию, стал в будущем художником.
Репин, бывая в доме Бренева, с интересом рассматривал работы
Анастасии Петровны. Обратив внимание и на работы Николая, он давал
свои советы юному художнику. Григорию Николаевичу Репин неоднократно
первому поверял замыслы своих будущих картин, при этом Бренёв был
первым критиком и советчиком, к мнению которого прислушивался Илья
Ефимович.
Через посредничество Репина Бренёв вел переписку с Дмитрием
Ивановичем Яворницким, историком-археологом, к помощи которого Репин
прибегал, собирая исторический материал к своей картине «Запорожцы».
Яворницкий же позировал для фигуры писаря. Яворницкий обратился к
Бренёву с просьбой организовать издание украинского словаря, но
этому проекту не удалось осуществиться.
Применяя свои разносторонние знания и обладая хорошими
организационными способностями, Бренёв на своем участке разбил
большой сад. Здесь же у него была и пасека, одна из самых больших на
Карельском перешейке. Кроме обширного хозяйства с
сельскохозяйственной техникой и птичьим двором у него была
физиологическая лаборатория. Также он учредил местный кооператив,
который из четырех лавок превратился в крупное предприятие,
объединявшее несколько кооперативов под названием «Каннаксен
осууслиике». Им была издана брошюра «Устав Куоккольского
кооперативного посёлка», в которой был дан обзор состояния дачной
местности, проводимых здесь культурных мероприятий и приведены
проекты на ближайшее будущее. В Ревеле (Таллине) вышла его книга,
один из научных трудов «Доисторическая цветная цивилизация».
В довольно трудные 1920-е годы, когда рынок сбыта в Петрограде был
потерян для бренёвского хозяйства, главным рынком стал Выборг. Из-за
трудного голодного времени и уменьшения сбыта продуктов пришлось
сократить птичий двор, а большой огород превратить в пшеничное поле.
Основной доход стали давать сад и пасека. Обширное хозяйство Бренёва
давало заработок и пропитание русским беженцам, положение которых
было особенно бедственным в то время. В это время Репин являлся
организатором и членом различных благотворительных обществ и очень
близко принимал трудное положение соотечественников. Он предложил
Бренёву для тех, кто мог трудиться, организовать рабочие места в его
хозяйстве. А для тех, кто не имеет возможности трудиться,
организовать благотворительную помощь. А со своей стороны собирался
отдать часть своей усадьбы для размещения беженцев из Советской
России.
Знакомство с Павловым
В 1924 году академик Иван Петрович Павлов отдыхал, проводя лето на
даче в Келломяках (Комарово). В это время он бывал у Репина, который
писал его портрет. Здесь же состоялось их знакомство с Бренёвым. Они
на репинских сеансах проводили время в беседах, излагая свои научные
подходы. Бренёв рассказывал о своих собственных методах научной
работы, до сих пор никем не применявшихся. Он пытался связать
условные и безусловные рефлексы с начертаниями, законами и
идеографией письменности; с развитием языков всех народов, среди
которых великий русский язык является главным хранителем мировой
культуры и цивилизации. Он развивал также свою теорию, что пищевой
рефлекс основан на питании, а для того, чтобы питать, надо создать
то, что питать. Отсюда он делал вывод, что религиозный рефлекс, как
бы он ни выражался, важнее пищевого. Он считал, что религиозный
рефлекс создал цивилизацию на земле. Ведь все народы во все времена
стремились к богоисканию, и на этой основе человек стал человеком.
И, приводя пример Священного Писания «Всякое дыхание да хвалит
Господа…», он считал, что даже животные и насекомые способны
испытывать религиозные чувства, но, конечно, выражая их иначе, чем
человек.
Репин продолжал работать над портретом Павлова в 1925–1926 гг.
Григорий Николаевич неизменно присутствовал при этих сеансах.
Продолжая диалог с Павловым, он рассказывал ему о своей работе в
усадьбе, о своих опытах в сельском хозяйстве. Строил планы со
временем превратить свою усадьбу в лабораторию экспериментальной
физиологии рефлекса. Изучая палеографию, он пришел к выводу, что
развитие многих алфавитов, и особенно славянского, содержит в себе
богатую идеографию, которая особенно заметна в разнице между
«кириллицей» и «глаголицей». Отложение идей эпохи, когда создавались
эти алфавиты, может помочь выяснить вопросы развития человеческой
цивилизации, оставшиеся пробелом в истории. Он считал, что
физиологическая идея в развитии алфавитов поможет с помощью изучения
букв определить многое из прошлого человечества. Павлов находил эти
теории интересными и советовал Бренёву довести изыскания до конца.
Проводя свои научные изыскания, Григорий Николаевич собрал к тому
времени большую библиотеку по археологии и палеографии, помощь ему
оказывал брат Николай, присылая самые последние издания из
Петрограда.
Похороны Репина
29 сентября 1930 года Репина не стало. Его похороны были
общенародными, на них присутствовали не только множество русских, но
и финнов, включая представителей властей. Последнее слово, после
всех выступавших, было произнесено Григорием Николаевичем Бренёвым.
Оно тронуло всех присутствующих до глубины души: «Я буду говорить о
заветах Ильи Ефимовича Репина. Главный его завет, сказанный им в
день его 80-летия, – это любовь и служение своему народу. Во все
времена и при любых трудностях народы Руси и Украины шли через все
испытания, и любовь к своей Родине руководила ими. Было время, когда
за веру и Родину сражались на Куликовом поле. За Мининым и Пожарским
шли русские люди, восстанавливали разоренную страну. Но было время,
когда взоры всего мира были обращены к русским героям, сломившим
непобедимые силы Наполеона; когда русские войска, и среди них
чугуевские казаки, вступали церемониальным маршем в великий город
Париж, приветствуемые там французским народом. Несокрушимая вера в
свое божественное призвание или право славы своей Православной
церкви вело Русь и Украину против любого врага за лучшее будущее
своей Родины. В трудные времена и неурядицы любовь народа к своей
Родине приводила его через невзгоды на правильный путь освобождения
и славы русского имени; наука, искусство, мирный труд и свобода
народному творчеству – вот заветы и пожелания Репина, закончившего
свой жизненный путь на земле всегда бывшей ему дружественной
Финляндии. Да будет земля Финляндии легка для Ильи Ефимовича
Репина».
Исход
После событий зимней советско-финской войны вместе с финнами и
русскоязычное население Карельского перешейка второй раз отправилось
в эмиграцию в глубь Финляндии. Семья Бренёвых перебралась в
Хельсинки, а затем осела близ небольшого курортного городка Хювинкяя
(здесь в 1915 году в санатории проходила лечение А.А.Ахматова).
Бренёв продолжал заниматься садоводством и пчеловодством. Анастасия
Петровна скончалась в 1967 году. Григорий Николаевич – в 1969 году.
Их сын Николай Бренёв впоследствии стал художником и проживал в
городе Йокеля.
Благодаря его воспоминаниям (которые в основном были использованы в
этой статье) мы получили возможность познакомиться с частью нашей
истории: не столько с географическим, сколько с
культурно-историческим явлением – Русской Финляндией.
Вадим Кустов
http://journal.spbu.ru/2007/02/13.shtml
В БЕЗДНЕ УТРАЧЕННОГО…
Впервые я познакомился с работой Григория Николаевича Бренёва где-то
в 1992 году. Поделился впечатлением со своим знакомым
врачом-психиатром и дал почитать эту книгу ему, поскольку в работе
много умозаключений на стыке разных наук, в частности
психолингвистики, психофизиологии, психиатрии.
Мы восхищались некоторыми мыслями, выводами и формулировками автора
и в то же время признавали, что значительная часть работы непонятна.
Даже предположили, что автор писал книгу в состоянии психического
возбуждения. Ведь грань гениальности и безумия иногда рождает
озарения, прорывы, на которые обычному исследователю нужны годы или
вообще ему недоступны. В последнее время многие институты заняты
изучением «изменённого состояния сознания». Это состояние может
вызываться различными причинами и может иметь или не иметь отношение
к патологии. Религиозный транс или творческое возбуждение тоже
относятся к измененному состоянию сознания.
Для подтверждения своих мыслей я цитировал Бренёва в своей книге
«Психология Национализма» (1999г.) в следующем контексте:
«Обратите внимание на символику Третьего рейха. Ни одному режиму
мира не удавалось разработать более сильную в психо-энергетическом
воздействии на человека. Эта символика наполнена не только глубоким
эзотерическим, мистическим содержанием, она прежде всего пробуждает
подсознательную память расы, которая четко запечатлела эти
знаки-символы еще в те времена, когда они выбивались жрецами на
камне. Многие подростки арийских народов и сегодня бессознательно
рисуют свастику на школьных партах и стенах домов, не вкладывая в
это политический смысл. Им просто приятно изображать этот простой и
гармоничный знак, как приятно рисовать ребенку солнышко на асфальте.
В самом деле, свастика это прежде всего знак солнца, который
присутствует в разном виде у всех народов белой расы.
Подростком, рисующим свастику или по-русски – коловорот, – движет
подсознательное. Он как бы бессознательно совершает мистический
обряд, который дает выход какой-то неведомой силе. И не зря
разделяются молодежные политизированные движения на тех, кто рисует
свастику, и тех, кто рисует пятиконечные звезды в разнообразном
исполнении. Пятиконечная звезда (пентаграмма) – древнейший символ
сил зла, сатанизма, разрушения. И те, кого бессознательно тянет к ее
начертанию, имеют в своей генетической памяти отложения тех народов,
которые ей поклонялись как своему мистическому символу.
«Слово и изображение символичны, если они подразумевают нечто
большее, чем их очевидное и непосредственное значение. Они имеют
более широкий «бессознательный» аспект, который всякий раз точно не
определен или объяснить его нельзя.» (Юнг К. Человек и его символы.
«Б.С.К.», С-Пб., 1996).
К сожалению, многие уважаемые политические организации бездумно
подходят к выбору символики, не понимая ее сути или подражая
навязанным современным тенденциям. Правильно выбранный символ, как и
удачно найденное слово, может стать ключом к сердцу нации.
«... ум человека все забыл, потерял, с умом на путях жизни... это с
плохим, заведомо плохим инструментом в стихии Вечности..., но если
ум – дурак, то рефлекс всегда стихиен, бессознателен, гениален,
целесообразен и точен. Он в нужных деталях, все запомнил, отложил в
крови...».
Эти слова русского философа и лингвиста Н.Г. Бренёва больше чем
слова, – это философско-поэтическая квинтэссенция, гимн генетической
памяти человека».
В 2007 г. мы с Олегом Михайловичем Гусевым выпустили очередной
сборник «Потаённое» №5, в который включили небольшую часть работы
Н.Г. Бренёва, на наш взгляд, доступную широкому читателю.
Сегодняшнее состояние информационного поля по теме, над которой
работал Бренёв, значительно расширилось, и его работа сейчас
воспринимается намного глубже и понятнее. Это лишний раз доказывает,
насколько мы были оторваны от знаний наших предков, от достижений
интеллекта плеяды выдающихся и неординарных исследователей, учёных.
Изданием этой работы мы «латаем дыру» в бездне утраченного. Идущим
за нами будет легче…
Роман ПЕРИН
«БЕЛЫЙ РЕФЛЕКС»
Работы крупного русского психолога и физиолога Григория Николаевича
Бренёва сегодня совершенно забыты, однако его труд «Доисторическая
цветная цивилизация» (1935) весьма актуален в контексте современной
культурной ситуации, так как ее сущность этот русский ученый, бывший
одним из любимых учеников И. П. Павлова, раскрыл сквозь призму
полового рефлекса и языка, то есть соотнёс основной инстинкт
продления рода с одним из главных орудий культуры, что означало
революцию в науке. Он писал: «Рефлекс является сигнализатором
био-процессов в прошлом. Современный русский рефлекс «колыбели»
Белого человека не сломался, а оброс, впитал в себя мировые идеи
цветного соревнования всех своих цветных врагов. Русский язык
поэтому — это вечный часовой всех цивилизаций, всех эпох и всей
нервной энергетики человечества. Русский язык всё видел, всё слышал
и решительно все рефлекторно выстрадал и запомнил. Язык — это
воплощение нервной энергетики народа».
Постижение и истолкование мировой истории, по Бренёву, вообще
возможно лишь через сравнительное изучение рефлексов различных рас,
ибо только тогда становятся понятными и очевидными мотивы их
поведения, преследуемые цели и культурные ценности: «Современное
положение в России может быть понято только на точном знании
рефлекса крови белого и цветного людей». Для изучения биологической
сущности извечных врагов России Бренёв предложил ввести специальный
научный предмет — «цветное крововедение». Духовное же состояние
современного русского человека, обросшего противоестественными
рефлексами цветных соседей, он метко назвал «колонизированной
психикой»: «В современной экспериментальной России всюду «переключка»
рефлекса, отсюда океан Русских терзаний, крови и слез».
Согласно его концепции, звуко-знак языка служит своего рода
«радиоаппаратом», а принимающей антенной служит безусловный рефлекс
крови человека. Язык всё время осуществляет корректировку и
настройку рефлекса крови и одновременно служит индикатором
биопроцессов. Всё это легко наблюдать в повседневной речи. Так,
просторечное выражение «Бог шельму метит» опять же свидетельствует о
физических отметинах на теле дегенератов, как, например, в случае с
основателем «перестройки». Выражение «подложить свинью» раскрывает
суть ритуального скотоложства, практикуемого некоторыми небелыми
народами, что известно ещё из Ветхого Завета. Фраза: «Держать в
черном теле» — свидетельствует об исконно презрительном отношении
белых людей к чёрным.
Г.Н.Бренёв пишет по этому поводу: «Белый рефлекс никогда не
признавал равенства цветной расы и никогда не признает, так как
кровосмешение рефлекторно отравляет психику; коллизия разной крови
снижает нравственные достоинства Белой Расы и физически ведет к
вырождению и уходу «ублюдков» в небытие. Требование Цветного
Интернационала старее мира»...
Владимир Авдеев
«ЛЮДИ СМЕРТИ»
 В
Мироздании есть Творческие Силы, пока недоступные нашему пониманию.
В результате целенаправленной деятельности ими были созданы все
условия для появления человека. Человек был создан Сверхэволюционным
путём, что не отменяет дарвиновскую теорию эволюции на линейных
этапах Сверхэволюции. Путём направленной мутации из архантропической
биомассы был создан первый этнос планеты, первонарод, обладающий
первоязыком, были созданы «дети богов» - суперэтнос русов,
вычленивший позже из себя в смешении с архантропами все этносы
Земли. Дети богов есть «оболочка»-скафандр, в которой нематериальные
«боги» приходят в наш мир. Жизнь на Земле развивается по основным
законам Сверхэволюции и инволюции. Цель человечества, суперэтноса
русов, «детей богов» – взросление и переход в стадию
богочеловечества, становление «богами».
Германо-романская историческая школа, как это заметил философ
Шпенглер, а задолго до него и наш национальный гений М.В. Ломоносов,
не выдерживает критики. То же можно сказать и о «библеистической
школе», делающей упор на литературные памятники («писания»,
«заветы») Древнего Востока. Литература весьма зыбкий фундамент для
историка и этнолога. Но именно на двух этих «китах»,
романо-германской и библеистической исторических, а правильнее
сказать, псевдосторических, политтехнологических школах, и зиждется
современная «академическая история».
Российская «историческая школа» после известных «реформ» и
ликвидации России как суверенного государства не является
самостоятельной школой, она покорно движется в фарватере
романо-германской и библеистической школ, иногда в усердии обличения
и умаления русской истории даже опережая таковые. К прискорбию,
Отделение истории АН РФ не выполняет в настоящее время функции
научного, исследовательского учреждения и по большей части
обслуживает политтехнологов Запада и нынешнего колониального
антирусского, антироссийского режима России.
Безусловно, ни одного подлинного учёного, историка, мыслящего и
обладающего понятиями морали, вышеупомянутая откровенно ложная
«схема мировой истории» удовлетворить не может. Настоящий историк
отличает Историю Подлинную от политистории, от «истории», написанной
в угоду сильным мира сего.
Автор в своём обширном исследовании практически не касается
политической, «классовой», «куртуазной» истории человечества.
Предмет его исследований – эволюционные, сверхэволюцинные и
этнические процессы последних сорока тысячелетий. Но именно такой
подход дал автору возможность восстановить достаточно реальную,
можно сказать Подлинную Историю нашей земной цивилизации. Именно
такой подход обеспечил решение большинства прежде «неразрешимых»
вопросов и противоречий, стёр «белые пятна» и высветил «тёмные
века».
С этой целью мною вводится в научный оборот расширенное понятие «суперэтноса»
как исходного первонарода, обладающего генетическими,
антропологическими и культурно-языковыми признаками, характерными
для него и не свойственными прежде существующему подвиду Хомо
сапиенс неандерталенсис, как и прочим архантропам.
Традиционная трактовка: «Суперэтнос – это этническая система,
состоящая из нескольких этносов, возникающих одновременно в одном
регионе, связанных идеологически, экономически и политически»,
представляется ошибочной. Данная этническая система вправе
называться «политэтносом», но никак не суперэтносом.
В моей трактовке суперэтнос - это первонарод, обладающий первоязыком
и породивший из себя в результате многотысячелетнего смешения с
архантропами Евразии все существующие ныне моноэтносы и политэтносы.
Такая формулировка объективна, корректна с научной точки зрения и не
может вызывать сомнений. Объединившиеся этносы могут стать нацией в
научном понимании этого термина, но никак не суперэтносом. Вместе с
тем первичный суперэтнос самым естественным образом в процессе
вычленияет из себя этносы. Такое понимание этнопроцессов полностью
убеждает меня в правильности моей трактовки.
Достаточно много вопросов и сомнений вызвал термин «русы» в
отношении суперэтноса-первонарода. Причём часть оппонентов пыталась
трактовать предложенный мною термин с вульгарных позиций, подменяя
смысловую нагрузку термина и пытаясь уверить слушателя (читателя) в
том, что автор открытий вкладывает в этот термин современное понятие
«русские». Это профанация и вульгаризация. В авторской трактовке
термин-этноним «русы» относится к суперэтносу, к подвиду Хомо
сапиенс сапиенс, к человеку современного типа, появившемуся около
сорока тысячелетий назад. Почему? Потому что, скажем, обозначение
«кроманьонец» не есть этноним, это лишь «географическая» привязка к
пещере Кро-Маньон на территории нынешней Франции. Человек же нового
типа проживал в широчайшем ареале на землях Евразии уже в те
времена, к которым приписывают антропологические находки из
Кро-Маньона. Для примера, понятие «москвич» не означает этническую
принадлежность человека.
Вместе с тем, лингвореконструкция первоязыка первонарода и
реконструкция его этнопсихологии, выполненная на базе мифоанализа,
позволяет автору утверждать, что представители
первонарода-суперэтноса сами называли себя «русами» в значении
«светлые, свои», тем самым выделяя себя из темнокожей, темноглазой и
темноволосой (сильно пигментированной) архантропической среды.
Понятие «русы, руты, руды, руги, расы, роси» и т.д., как «светлые,
чистые, рыжеватые, красные…», сохранилось практически во всех языках
– и не может вызывать сомнений. Попытка усмотреть в этом
слове-понятии некоторые националистические устремления автора наивна
и несостоятельна. Этноним «русы» на данном этапе есть наиболее
подходящее и объективное обозначение для исторической макрообщности
«кроманьонцы-бореальцы-индоевропейцы». Тем более что это
самоназвание первонарода и суперэтноса. Мы имеем полное право
применять в научном обиходе этноним-самоназвание. Только такой
подход мы и можем считать научным и академическим.
Что касается «русских» как этноса, как народа, то они наряду с
другими этносами, такими как украинцы, белорусы, балты (точнее,
балто-славяне), поляки, восточные немцы, шведы – разумеется, не
являются исходными «русами», но являются основным – стволовым –
развитием суперэтноса русов. Причём в части наибольшего сохранения
языковых признаков к стволовой ветви можно отнести только русских,
белорусов, украинцев, то есть «восточных славян». Отнесение русских
к стволовому развитию суперэтноса, то есть признание их прямыми и
непосредственными этнокультурно-языковыми потомками русов, ни в коей
мере не есть признание русских некой «высшей расой»,
«сверхчеловеками» и т.д., а есть констатация факта, и не более того.
Русские сохранили самоназвание, несколько расширив его. Народ,
хранящий своё имя, заслуживает не порицаний, а уважения.
Другие термины.
Этнокультурно-языковое ядро – демографически устойчивая
совокупность носителей первично генотипа, языка, традиций,
мифологии, менталитета суперэтноса (в дальнейшем – вычленяемых
первоэтносов, политэтносов, моноэтносов), на данном этапе не
подверженная инфильтрации в неё и иных воздействий со стороны
архантропической (позже иноэтнической) среды.
Этнококон – моно- или полиэтничская оболочка, окружающая
энокультурно-языковое ядро, отделяющая его от архантропической среды
и состоящая из гибридных предэтносов, образованных в результате
смешения представителей «ядра» и архантропичесой среды (в каждом
отдельном случае своей).
Предэтнос - внутриподвидовая или межподвидовая совокупность
гибридных особей, появившихся в результате смешения представителей
суперэтноса с особями архантропической среды, потенциально способная
в случае преобладания в ней признаков Хомо сапиенс сапиенс (суперэтноса)
трансфомироваться в первичный моноэтнос.
Неандерталоид – гибрид Хомо сапиенс сапиенс с Хомо сапиенс
неандерталенсис, совмещающий в себе зачатки мозга (лобных долей) и
речевого аппарата кроманьонца при антропологических признаках
неандертальца. Не является «человеком современного типа», но при
дальнейшей гибридизации способный давать потомство Хомо сапиенс
сапиенс, устойчиво сохраняющее избирательно доминантно-рецессивные
наследственные признаки, наиболее сохранённые в современных
переднеазиатской и западноевропейской малых расах.
…Когда в 80-х гг. прошлого века я и немногие подобные мне серьёзные
исследователи начали борьбу с «чужебесием» в истории, с засильем в
академических кругах ложной романо-германской «исторической школы»,
мы никак не ожидали, что в пробитую нами «брешь» хлынет поток
фальсификаторов. Прилавки магазинов заполнены изданиями, наносящими
колоссальный вред общественному мировоззрению и разрушающими само
понятие Истории. … Особое бешенство у фальсификаторов вызывает
русское православие – исконное мировоззрение русов с древнейших
времён.
…Этно-культурное языковое ядро суперэтноса русов в Европе сложилось
к 30-25 тыс. до н.э. Но прообраз этого ядра существовал ещё во
времена проторусов-кроманьонцев, которые весьма энергично
отвоёвывали европейское пространство у неандертальцев. При этом не
уничтожая последних, как считает «классическая» наука, построенная
на ложном постулате «вторжений, уничтожений и неистовой борьбы диких
народов за жизненное пространство», а вытесняя и ассимилируя их.
«Дикие народы» прошлого были значительно миролюбивей и
доброжелательней их поздних потомков. Их кровожадность, дикость,
воинственность есть вымысел фантазёров-романистов, закручивающих
лихие сюжеты. Фактически роды суперэтноса и пограничные предэтносы
(до проникновения негроидного, переднеазиатского и кавказоидного
этноэлемента) были крайне миролюбивы. Вплоть до 4-3 тыс. до н.э.
жители Европы не возводили никаких оград вокруг своих поселений, в
них просто не было нужды. К этому времени неандерталоиды Европы были
полностью ассимилированы родами суперэтноса. Но, разумеется, в
различной степени. И это стало в дальнейшем предпосылкой для
вычленения из суперэтноса различных (различающихся между собой)
предэтносов и этносов.
Но значительно важнее для нашего исследования другой непреложный
факт: именно в Европе – особенно в Северной, Центральной и Восточной
– был в большей степени сохранён исходный антропологический и
этно-культурно-языковой тип исходного руса – проторуса-«кроманьонца»
и праруса-бореала. Именно эти районы Европы были менее всего в 40-4
тыс. до н.э. подвержены негроидному и кавказоидному
этно-антропологическим воздействиям, которые шли из Африки, Передней
Азии, Кавказа и Аравийского полуострова. Практически вплоть до 4
тыс. до н.э. Север, Центр и Восток Европы оставались закрытыми для
мигрантов, негроидов, реликтовых кавказоидов и пр. Роды, общины
русов развивались в довольно-таки замкнутых средах, окружённых
неандерталоидными реликтовыми этнококонами.
Проще говоря, именно Европа стала той «кладовой», в которой
сохранился тип, близкий к исходному типу руса. Суперэтнос, потеряв в
скорости развития в Европе, выиграл в части самосохранения,
нерастворения в инорасовой и инородной среде. Европе мы обязаны и
самим понятием «европеоид», что отнюдь не означает, что европеоиды
всегда жили только в Европе.
Прежде чем перейти к рассмотрению конкретных областей Европы,
напомним про типы русов, населявших её в 4-3 тыс. до н.э.
Средиземноморье и отчасти Северное Причерноморье (в том числе и
Триполье) были заселены русами с заметной средиземноморской расовой
примесью (негроидно-неандерталоидной), чётко просматриваемой в
настоящее время у южных малороссов, греков, северных итальянцев,
румын, молдаван.
Балканы, Фракия, Северный Кавказ, южнорусские степи Северного
Причерноморья – русами балкано-кавказского типа. Этот тип
практически полностью сохранён в среде этнических сербов, а также
этнических европеоидных северокавказцев (без поздних
тюрко-семитских, монголоидных и реликтовых примесей, характерных для
большинства нынешних кавказцев).
Острова Сридеземноморья – русами исходного и
арменоидно-кавказоидного типов с нарастающей негроидной
средиземноморско-расовой примесью.
Пиренейский п-ов, Апеннины – в основном русами-бореалами с
неандертолоидными примесями.
Северная, Центральная, Восточная Европа – русами
бореально-нордического типа, сохранённого ныне на Севере России, в
Прибалтике (кроме Эстонии, там господствует угро-финский), в
северных областях Польши, Германии, Франции, в Скандинавии, Дании,
Исландии и частично в Британии, Шотландии, Ирландии – в последних
трёх областях в настоящее время нордический тип русов значительно
размыт средиземноморско-негроидным расовым типом (см. тип Тони
Блэра, тождественный современному полунегроидному итальянцу, но
отнюдь не коренному бореалу-европеоиду Вельса; Уэльс от исходного
русского «Вол-ос, Вел-ес»).
Одновременно следует помнить, что в Европу 4-3 тыс. до н.э. ещё не
проникли через Гибралтар и Пиренеи огромные этномассивы
мавров-арабов (семитов) и с востока её ещё не заселили значительные
массы угро-финнов и тюрко-алтайцев.
 Пока
на Юге и Востоке шла отчаянная, не на жизнь, а на смерть, борьба за
выживание между родами суперэтноса русов и семито-хамитскими (афразийскими)
многочисленными предэтносами (именно эта борьба, в скором времени
охватившая и всю Европу, и обрисована столь ярко и бескомпромиссно в
исследовании Г.Н. Бренёва «Доисторическая цветная цивилизация». –
Изд.), пока на Балканах, в Северном Причерноморье и в Малой Азии
вырабатывались новые типы великих цивилизаций Европы, в Северной,
Центральной и Восточной Европе складывался и закреплялся генофонд
того типа русов, который мы, собственно, и привыкли считать
исключительно «нордическим», «арийским», «типичным» и т.д. – тип
руса-бореала, гиперборейца, «германца», помора, былинного
светловолосого и светлоглазого витязя-богатыря, скальда-склада,
вечного искателя «правды и справедливости», не истерически-драчливую
«белокурую бестию», а спокойного, выдержанного и уверенного в себе
труженика-созидателя, оратая-ария и воина.
В 5-4 тыс. до н.э. на пространствах от Приволынья до Чёрного моря и
от Прикарпатья до среднего Приднепровья возникла мощная цивилизация
русов-трипольцев – Триполье. Первые трипольцы были светлыми
европеоидами, то есть русами. Наибольшего развития трипольцы
достигли в 4 тыс. до н.э. Это был расцвет их земледельческой
цивилизации (напомним, что негроиды и протосемиты не были
земледельцами), расцвет технологий по обработке карамики, металлов,
украшений и т.д.
Но именно этот тысячелетний период расцвета и стал медленным
приближением к упадку и полному распаду трипольской цивилизации.
Русы-земледельцы Триполья своим многовековым упорным и кропотливым
трудом создали развитую культуру, накопили большие запасы
продовольствия, орудий производства, украшений и прочих богатств… Во
все времена развитые и богатые города, поселения привлекали к себе
внимание со стороны бедных, неразвитых кочующих племён, предэтносов
и отдельных «бродников».
Русы-Трипольцы не создали крупных укреплённых городов-крепостей. Они
жили богатыми, большими и почти неукреплёнными селениями. У них
практически не было врагов, которые могли взять их силой – штурмом,
набегом или осадой. Кругом жили другие роды русов (Балканы,
Поднепровье и т.д.), которые также обеспечивали свой высокий уровень
жизни трудом и создавали свои богатства-накопления сами, не
претендуя на созданное соседями. Земли хватало всем. А имея землю и
руки, можно было иметь и всё прочее. Русам Триполья была чужда
психология кочевников-находников, собирателей и т.п. И потому сами
трипольцы не могли даже представить, откуда придёт беда и как она
будет выглядеть. Тем временем племена южных реликтово-негроидных,
полунегроидных предэтносов, скитающихся в основном по побережью
Средиземного моря, занимающихся присваивающим типом хозяйствования,
всё чаще поднимались выше, оседали близ богатых поселений ватагами,
таборами… Первоначально они довольствовались мелким воровством,
поисками съедобных отбросов и прочего в мусорных кучах трипольцев и
других оседлых земледельцев, угоняя скот. Именно в этот период
русы-трипольцы переходят от полевых загонов для скотины, из которых
было легко красть свиней, коров, к внутрипоселковым, куда чужакам
было забраться трудней. В силу своей слабости, измождённости и
отсутствия вооружения чужаки-бродяги не представляли большой угрозы
для развитой цивилизации. Трипольцы их терпели, более того, со
времени они, спасая «соседей» от голодной смерти, начинали давать
пришельцам посильную работу на полях и в селениях (в качестве
батраков) за пропитание (выделено нами. – Изд.).
Начинали складываться определённые отношения, окультуривающие до
некоторой степени «мигрантов».
В ходе длительного, многовекового соседства-сожительтсва,
батрачества, включения батраков в семьи (типично именно для русов и
славян всех видов), умыкания женщин из селений, прихода новых
ватаг-таборов негроидного этноэлемента шёл незаметный для одного
поколения процесс проникновения негроидов в суперэтнос, растворения
их, ассимиляции и, соответственно, приобретения трипольцами
средиземноморско-расовых негроидных черт. Учитывая, что негроидные
гены, отвечающие за наследственность, доминантны по отношению к
европеоидным, каждый единичный случай гибридизации вёл к
наследованию негроидности (чёрные волнистые кудрявые волосы, тёмные
глаза, низкорослость, грациальность, смуглость, долихокефальность и
т.д.) всеми потомками данной пары.
(В отличие от семитов, в основном арабов, и семитизированных
«античных греков», у русов и славян никогда пленника, чужого не
превращали в пожизненного раба, в «говорящий скот» и имущество. У
русов и славян не было изуверского института рабства; захваченный
чужак отрабатывал батраком несколько лет, а потом или включался в
общину полноправным членом или, по его желанию, мог идти на все
четыре стороны.)
Таким образом, без каких-либо завоеваний и вторжений за
десять-двенадцать веков русы-трипольцы изменились антропологически
почти до неузнаваемости. «Первые существенные изменения отмечены уже
на рубеже 4-3 тыс. до н.э. В это время на территории… Триполья
появились новые элементы «восточного происхождения», постепенно
приведшие к изменению всего культурного массива» (Всемирная история.
Бронзовый век. М., 1996, с. 441). Мы сделаем поправку –
«юго-восточного происхождения». Увы, но ход истории таков, богатые и
развитые области всегда привлекают к себе бедных и неразвитых
«соседей». И если в таковых областях (странах, княжествах)
отсутствует сильная власть и отлаженная военная машина, наплыв
«соседей» рано или поздно разрушает созданную цивилизацию и
повергает её в дикость и варварство.
Это не предположение, не версия, это закон социума.
Цивилизация может содержать варваров-«паразитов» лишь до
определённой их концентрации в цивилизованном обществе созидателей.
Когда пришлых «торгующих-потребляющих-меняющих-присваивающих»
становится более 30-35%, они пожирают общество. Это весьма старая
истина. Именно она заложена в притчу о Христе, изгоняющем из Храма
«торгующих». Ибо разрушают храмы именно «торгующие».
Трипольцы сохранили традиции, ремёсла, язык суперэтноса. Но, в
частности, в керамике появилось множество «африканских»,
средиземноморских мотивов, не свойственных суперэтносу, близких к
мотивам негроидной части населения Крита 3-2 тыс. до н.э. Отмечаются
и прочие перемены. Но не эти внешние изменения стали главными.
Русы-трипольцы изменились и внутренне, изменилась их психология… они
уже не вкладывали столько труда и энергии в обработку земли, в
скотоводство и свиноводство, в накапливание реальных земных благ,
всё больше времени отдавали украшению быта, танцам, песням,
развлечениям, употреблению пива, хмельного мёда не только на
священных празднествах русов, но почти постоянно. Такой образ жизни
приводил к запущению хозяйства, голодным годам, экономическому
упадку поселений…
Именно в состоянии такого упадка и «пира во время чумы» и застали «полунегроидных»,
деградирующих трипольцев русы-катакомбники (русы-«катакомбники» -
результат слияния двух родственных частей суперэтноса русов к
середине 3 тыс. до н.э.: русов Северного Кавказа с русами-«древнеямниками»,
которые погребали своих покойников в грунтовых ямах и насыпали над
ними курганы; термины сугубо научные. – Изд.) во время своего
«вторжения» в земли Триполья. Безусловно, они не могли принять
население этих плодородных земель за своих, за русов…
И всё равно широкомасштабных и истребительных боевых столкновений не
было. По крайней мере, археологи не нашли ни одного доказательства
открытого военного противостояния. Поэтому романтическая версия о
том, что «неведомые злые орды» выбили «бедных славян с их любимой
родины» неверна и безосновательна.
Автохтоны Триполья просто не выдержали массового давления и
проникновения новых родов русов, которых и они со своей стороны не
принимали за «своих».
(И тем не менее и трипольцы, и катакомбники были русами, разными
родами одного суперэтноса. История Евразии на протяжении последних
4-5 последних тысячелетий есть наглядный пример бесконечных
междоусобных распрей внутри одного суперэтноса русов и вычленившихся
из него самостоятельных этносов. Причём всегда вычленившийся новый
этнос отказывался признавать свои корни и родство с отцовским
суперэтносом и этносами-братьями. Это обстоятельство почти всегда
использовалось и используется и поныне третьими силами, разжигавшими
и разжигающими вражду.)
Наиболее жизнеспособная часть русов-трипольцев покинула родные земли
в поисках лучшей доли (они стали основателями «древнекитайской»
культуры Яншао в долинах рек Хуанхэ и Янцзы, а также,
предположительно, города-государства Аркаим на юге Урала. – Изд.).
Наряду с катакомбниками, прочими родами русов и пограничными
предэтносами они участвовали в этногенезе данной области, породив в
дальнейшем румын, молдован, часть юго-восточного славянства.
Триполье имеет огромное значение в рассматриваемой нами проблеме не
только потому, что это одна из первых цивилизаций русов-славян в
Европе. Это бесспорно. Но важно то, что это первая в Европе
значительная цивилизация суперэтноса русов, которая деградировала в
результате инфильтрации в неё инородческого элемента. Первая в
Европе! До этого мы имели дело с подобными явлениями только на
Ближнем Востоке, где происходили процессы инфильтрации в цивилизации
русов неандерталоидно-негроидного и протосемито-хамитского
этноэлемента и, соответственно, последующего упадка и исчезновения
этих цивилизаций.
Если бы трипольцы выжили как самостоятельнй род суперэтноса, мы
вполне могли бы сказать о вычленении из суперэтноса ещё одного
полноценного народа, порождённого русами. Однако этого не случилось.
Трипольцы стали лишь частью очень многочисленного, антропологически
неоднородного славянства. Такова их роль в мировой истории.
Чем объяснить феномен особой, повышенной воинственности и
агрессивности выходцев с Кавказа вообще и с Северного Кавказа в
частности? Скорее всего, не только «условиями жизни», «внешней
средой», но и смешением на Кавказе русов с архантропами-кавказоидами,
исходно обладавшими таковыми свойствами (хищным образом жизни,
агрессивностью, воинственностью, энергией, живучестью,
пассионарностью), но не обладавшими, как и все прочие подвиды Хомо
сапиенс до русов-кроманьонцев, развитым речевым аппаратом. Получив
его в результате смешения с проторусами и, фактически растворившись
почти полностью в проторусах, затем в прарусах-бореалах, эти
«растворившиеся» воинственные архантропы-кавказоиды передали им свои
генетические особенности. Другого объяснения появлению в суперэтносе
русов родов с повышенной воинственностью и агрессивностью пока нет,
и вряд ли оно появится.
Здесь чрезвычайно важно понять, что, расселяясь по Европе,
привносили феномен воинственности, дружинно-княжеского строя,
кастовости и пассионарности вовсе не сами реликтовые
горцы-архантропы (находившиеся на неолитическом уровне развития и
неспособные к сложным процессам), а именно русы, получившие
вливание, образно выражаясь, свежей молодой и отчасти дикой, хищной
крови архантропов-горцев Кавказа. Сами горцы-архантропы и часть
родов русов остались на Кавказе, дав жизнь нынешним народностям
этого региона. Причём оставшихся было совсем немного: при высокой
смертности, отсутствии развитых технологий земледелия, низкой
культуре размножиться они не могли – более поздних выселков с
Кавказа (например, в 1-2 тыс. н.э.) мы не знаем. И только в XIX-XX
вв., когда для народностей Кавказа были созданы особые «тепличные»
условия «преимущественного развития национальных окраин», произошло
многократное лавинообразное увеличение его населения, и оно уже в
конце ХХ в. хлынуло многомиллионными «выселками» в Россию, грозя
поглотить её полностью…
Юрий Петухов ( Русы Евразии. М., «Вече», 2008. Публикуется с
сокращениями.)
ГРИГОРИЙ БРЕНЁВ И ЕГО «Na x Rn+1»
Книга Григория Николаевича Бренёва «Доисторическая цветная
цивилизация» впервые увидела свет в Финляндии в 1935 году. В России
публикуется впервые.
Мы, её издатели, прочитали книгу пятнадцать лет назад и, как это ни
парадоксально звучит, мало что в ней поняли. Даже подумалось, а не
является ли книга шизофреническим бредом автора? Поэтому тогда не
возникло желание переиздать её. По языку и стилю изложения это
совсем не научная работа. Это обращение к «военному министру и
командующему армией Клименту Ефремовичу Ворошилову». Излишняя
эмоциональность книги объяснялась, как нам показалось, покушением на
жизнь Г.Н. Бренёва проникшими на территорию Финляндии чекистами
(«обрезанными марксистами») Ленинградского ГПУ – в книге даже
перечислены их имена. Жизнь Бренёва и его лаборатория были спасены
благодаря оперативности финской полиции.
Наше отношение к исследованию Г. Бренёва коренным образом изменилось
в связи с появлением книг другого русского учёного-подвижника Юрия
Дмитриевича Петухова, к сожалению, недавно скончавшегося. В качестве
весьма значимого комментария к работе Г. Бренёва нами здесь
воспроизводится отрывок из книги Ю. Петухова «Русы Евразии». Не зная
друг друга, авторы проникают в наше многотысячелетнее прошлое
разными путями: Ю.Петухов как археолог и философ-космист, а Г.
Бренёв как лингвист и исследователь рефлекса, но приходят они к
одинаковым выводам: в глубоком прошлом наши предки пережили одну за
другой страшные этнические катастрофы.
Ю.Д. Петухов:
«Ни одно царство, ни один народ ни одна империя в истории
человечества не погибли в результате нашествий, завоеваний или иных
силовых воздействий. Все таковые, от Шумер до Римской империи и СССР
погибли исключительно в результате инфильтрации в эти образования
инволюционеров-деградантов. В случае превышения паразитарными
инволюционерами-деградантами в любом обществе 10-15-процентного
барьера, общество необратимо погибает подобно организму, поражённому
метастазирующей опухолью – это закон».
Г.Н. Бренёв (более конкретно по части «технологии»):
«Весь Мiр буквально «раздирался» ревнивыми религиозно половыми
идеями. Борьба начал: мужского (правого) и женского – цветного
(левого) движения. Против универсально мужской идеи Белого человека,
идеи Бога Отца, чистой и высоконравственной – стихийная
«наступательная» борьба «всех цветных» с универсально женскими
идеями Маать; идеями половой распущенности, больной и грязной Любви.
Сила и могущество современного Талмуда в его обрезанном «Уде Великой
Маать»; это его физиологически организующая хето-стихия, это цветной
«заговор тысячелетий» против жизни, чести и идейной свободы Белого
человека. Талмуд рефлекторно впитал и сохранил цветную агрессию эпох
цветной цивилизации».
Когда мы говорим, что в русском языке содержится информация о
пройденном историческом пути нашего народа, то не достаточно полно
себе это представляем; и в этом «заслуга» «наших» отечественных
лингвистов, действующих в тесной упряжке с такими же «нашими»
отечественными историками. Книга Г. Бренёва и исследования
Ю.Петухова носят прорывной характер и в значительной мере восполняет
этот пробел!
Согласно открытию Ю.Д. Петухова, суперэтнос кроманьонцев (они же –
Хомо сапиенс сапиенс, «дети Богов», «индоевропейцы», «бореалы»,
«европеоиды», «русы», люди белой расы) неожиданно -
Сверхэволюционным путём - возник 35-40 тыс. лет назад на том участке
планеты Земля, который сегодня называется Ближний Восток.
Архантропы, то есть люди чёрной расы (неандертальцы) и жёлтой расы
(синантропы), не были вымершими предшественниками суперэтноса
кроманьонцев, а – его современниками. Нынешние этносы чёрной
(негроидной) расы – это, согласно Ю. Петухову, неандерталоиды, то
есть продукт смешения неандертальцев с кроманьонцами в результате
продвижения последних на юг планеты. Этносы жёлтой расы – это
синантропоиды – результат смешения кроманьонцев с синантропами в
результате продвижения кроманьонцев на восток. Китайцы, например,
гордятся своим родством с синантропом, несмотря на то, что археологи
до сих пор не обнаружили в земле «веера» переходного типа черепов
(эволюции черепов) от синантропа к современному китайцу.
 Само
собой, молодая раса не горела желанием с кем-то смешиваться, но
смешение всё-таки шло и довольно активно как результат сексуальной
агрессии по отношению к кроманьонцу со стороны представителей
небелых рас. Например, на поля только что завершившихся сражений
толпами набрасывались женщины цветных народов, отыскивая раненых
воинов белой расы и насилуя их. Не говоря уже о том, что десятками и
сотнями похищались женщины и девочки в местах возникновения очагов
цивилизации индоевропейцев.
Едва сдерживаемая статьями уголовного кодекса, эта пагубная
тенденция наблюдается и в наши дни:
«Бытует распространённое мнение, что представителю той или иной расы
нравятся внешние черты только своей расы, а характерные особенности
внешности (толстые губы, большие ноздри, чёрные, толстые волосы и
т.п.) воспринимаются как красивые и гармоничные. Жизнь опровергает
это гуманистическое представление о красоте. Обладание женщиной
белой расы для мужчины чёрной или жёлтой расы считается
«престижным». И это хорошо демонстрируют чернокожие и жёлтокожие
«звёзды» кино и спорта, беря себе в жёны и любовницы белых женщин.
Внешние данные белой расы привлекательны для представителей всех
рас. Этнографы и антропологи давно обратили внимание на это явление»
(Перин Р.Л. SEXуальные отношения в деградирующем обществе.
СПб.,«АПИ», 2009).
Ю. Петухов поддерживает мнение некоторых современных антропологов о
том, что инволюция в конечном результате может привести к
превращению человека в обезьяну. На очень ограниченных,
обособившихся по каким-то причинам участках планеты это уже когда-то
произошло. Например, обезьяна орангутанг это окончательно
выродившийся неандерталоид, так как кожа у орангутанга чёрная, а
обезьяна шимпанзе это - выродившийся кроманьонец, так как кожа у
шимпанзе – белая.
Как выше уже отмечено, книга Г.Бренёва не написана привычным нам
языком научной статьи; автор к этому и не стремится. Возможно,
затруднения с восприятием его текстов - это результат разрыва
преемственности поколений между ним и нами, его читателями, живущими
в начале XXI века. Г. Бренёв – эмигрант «первой волны», не
издававший за рубежом свои книги, как и Н. Ильина, И. Тёрох, С.
Лесной, Ю. Миролюбов и др., на отреформированной большевиками в 1918
году русской азбуке.
По форме изложения книга Г. Бренёва скорее всего
историко-публицистический очерк с включением авторских неологизмов,
могущих усложнить читателю усвоение текста. Поскольку
«Доисторическая цветная цивилизация» лишь одна из серии книг,
дошедшая до нас, то не исключено, что в предыдущих своих книгах или
статьях автор приводил в конце соответствующие словарики.
Авторские неологизмы это:
R – латинская буква со стоящим впереди неё параллельно
расположенными значками « + » и « - » обозначает половой рефлекс
вообще, но если присутствует один из значков, то « +R » половой
рефлекс созидающий, а « - R » - половой рефлекс разрушающий:
«отрицательно-ругательный рефлекс на Маать!», «кипящий рефлекс»;
Na x Rn+1 – это общий закон человеческой речи, в которой много
рефлекторного начала (Rn+1), но он-то, по Бренёву, как раз и
позволяет проникнуть во многие тайны минувших тысячелетий;
О – кружок с тремя точками внутри это знак божественного
происхождения белого человека, на бытовом уровне сохранившийся в
русском обиходе как «неприличный» знак «фиги», «кукиша»; и если он
обращён к вам, то вы увидите три его «точки», расположенные как раз
в предлагаемом автором «варианте»; когда-то применялся в качестве
жеста защиты: напоминал противостоящей стороне о божественном
происхождении демонстрирующего «фигу».
Этот кружок, как правило, стоит между словами, и его надо
прочитывать «божественный», «божественное» и т.д. в зависимости от
падежа, числа и рода определяемого слова. То же самое относится и к
вышеприведённым неологизмам.
Два маленьких кружочка, соединённые поверху петлёй – это знак «маать,
околпачивающей твёрдое мужское Начало» белого человека. В слове
«вор» используется вместо буквы «в».
И т.д.
Кроме того, автор употребляет архаизмы – настолько забытые слова,
что нуждаются в пояснении. Как отмечает Г. Бренёв: «Вся редакция
языка редактирована или по мужской, или по женской (цветной) линии,
или метисной (переходной)». Например:
«Маать» – идущее из глубокой древности обозначение ярко
описанной Г. Бренёвым половой агрессивности цветных народов по
отношению к людям белой расы; в известном рефлекторно живущем в нас
проклятии-ругательстве правильно говорить не «…мать!, а «…маать!».
Если с первых же строк книги Г. Бренёва заставить себя быть
достаточно вдумчивым, то чтение её – большое интеллектуальное
удовольствие.
…У Г. Бренёва содержится ещё два интересных момента, которые
пятнадцать лет назад также вызвали недоверие к нему - опять же по
причине нашей неосведомлённости. Это его указание на то, что система
верований и знаний в русской дохристианской истории называлась
Православием. Это название в результате «реформ» патриарха Никона в
1666-1667 гг. просто-напросто было присвоено-украдено российской
христианской церковью («никонианами»-раскольниками) у «поганых
язычников». До этих реформ она называлась «Правоверной».
Второй момент заключён в следующих строках книги Г. Бренёва:
«Между прочим, я глубоко уверен, что Иисус был Рязанский, родом с
территории Переяслава Рязанского (рязанской эвакуации с Линии
Днепра). Иисус иудейский, всё так называемое «иудейское
христианство» - наглый фальсификат Талмуда. Поэтому Русский Иисус
рефлекторно кричал жидо-талмудистам: «Воры, разбойники и убийцы»»…
Невероятно, но факт: пропагандист ВсеЯСветной Грамоты (ВГ) Ананий
Фёдорович Шубин-Абрамов, утверждающий, что знание Грамоты
передавалось в его роду с дохристианского периода истории Руси, тоже
отмечает 17-летнее пребывание Иисуса Христа на Руси, а не в Тибете:
«Исус возродил Свою Способность в БелаВодных Школах Великого
Посвящения СвятоРусья, и есть запись в регистрационных документах,
гласящая:
«Приидоша Исусе Крестье, Сын Хелейский учити Ся у Сынов ДЖ-Боже
ВсеЯСветнаго…»» (Бюллетень ВГ «Слово Руси» №28, 7504 лета, 1996 г.).
«Исус именно на Ярославщине … под руководством учителей Школы
Великого Посвящения учился строить своё поведение таким образом,
чтобы быть достойным Звания ЧелоВЭка и Звания Бога, а не ходил на
восток (в Тибет) в поисках «высшей мудрости», как некоторые сейчас
говорят…» (Там же, № 83, 7510 лета, 2002 г.).
Учителя ШВП всячески отговаривали Исуса идти к евреям («ивритам»):
«Нешто ж не научил Тебя чему-либо пример Мойсея. Ведь сорок три(!)
года Он водил ивритов по пустыне, наивно надеясь подтянуть их на
Человеческий уровень. И вспомни, чем это кончилось – они убили его,
как в своё время убили и его родителей, а Его Учение – даже только
«базовые принципы», как Ты говоришь – извратили в умах людей до
неузнаваемости и, мало того, смудрились обосновать на нём своё
человеконенавистническое лжемировоззрение.
И тебя может ждать та же участь, Исус» (Там же).
Оба автора, идя разными путями, называют именно Русь местом
многолетнего пребывания Христа. Но А.Ф. Шубин-Абрамов более точен в
Имени Христа: Он – Исус, а не Иисус; Он был так поименован в
результате «реформ» Никона.
…В сопоставлении информации трёх авторов Ю. Д. Петухова, Г.Н.
Бренёва и А.Ф. Шубина-Абрамова (и не только их) я нахожу большой
смысл. На мой взгляд, наиболее верное направление в благородном деле
создание подлинной истории Руси-России – это соединение усилий
вышедших из многовекового подполья славянских
волхвов-ведунов-знатоков и современных честных историков-патриотов.
Олег ГУСЕВ
(Условия приобретения книги в разделе «Книги» нашего сайта)
|